Постоянство сравнений в языке У.Самчука не значит, что эти структуры принадлежат к обов?язкового, эстетично и образно невыразительного, проходного материала, какой Л.В.Щерба называл “упаковочным” [9, 32 ]. Их важная художественная функция заключается в том, что они являются тем звеном, которое объединяет обиды автора и героев из народа; в их взаимодействии пересекаются разные субъектные плоскости сказа. Размывая предел между авторским вещанием и вещанием персонажей, такое словоупотребление выражает близость их мировоззренческих и эстетичных позиций, художественное мышление осуществляется в категориях, свойственных народной философии жизни. Языковые структуры высвечивают сложное взаимодействие субъективной формы сказа [3, 210] и объективного изображения – через формы субъективного сопереживания, внутреннего отождествления автора, с героем или благодаря внешнему его отстранению от героя, то есть взгляд “извне”.
Системно устоявшиеся и индивидуальные сравнения совмещаются использованием у них соматических названий, особенно тех, которые больше всего распространены во фразеологичном фонде. Да, по фразеографичними источникам [8, 2, 581-587, 592-601] слово глаз в разных своих формах входит в состав приблизительно 430 фразеологичных единиц, пов?язуючися часто с представлениями о драгоценнее всего для человека (беречь, присматривать, глядеть, бдеть но др. как глаза в лбу), символизируя ясность и материальную и духовную прозрачность (в глазах розвиднилось, смотреть на мир ясными глазами). Поэтому в тексте роману таким естественным является сравнение ясного дня с глазом человека: А день ясен, словно глаз. Сосны стоят сливе нерушимо. Временами какой-то человек по пути остановится [6, 204]. Органическая этого индивидуального сравнения для народного вещания, где оно имеет позитивную эмоциональную расцветку, поддерживается простотой, сдержанностью, неприхотливостью всего лексического контекстного окружения.
Сближение семантических характеристик, свойственных устоявшимся и индивидуальным сравнением, прослеживается в тематической общности лексем, которые входят в состав компаративных оборотов. Да, сравнение глаза – как норы ([Матвей с Василием] . такие вихудли, выветренные, аж темные, глаза – как норы [6, 197]), при всей своей яркой индивидуальности, основывается на узуальном переносе, который закреплен в терминологическом соединении глазница [7, 11]. Художественно авторские сравнения, как и стойкие, берутся часто из предметно бытовой области жизни крестьянина; повторяемые в разных семантических аспектах, в разных функциях, они предоставляют тексту глубокой народности: . ивы листьев свое, рыжим подкрашенное, гейби куры пор?я весной, сотрясают из себя к земле [6, 8]; А иметь, конечно, иметь. Гамартрому подняла, взыскала обоих (детей) из печи и, потроша их, будто цыплят зарезанных,