Сознательное направление на воспевание спильнорадянского, да еще и сковано канонами социалистического реализма с его единственно возможными конфликтами “между хорошим и лучшим”, когда национальное часто ограничивалось самим языком и украинскими фамилиями героев, заставило украинских писателей создать массу обезличенных произведений и плохо “видеть” настоящих национальных трагедий, которые тоже определяли своеобразие культуры, — “розселянювання” украинского села, голодомору в 1933 г., “расстрелянного Возрождения”, массовой денационализации, и тому подобное. Украинская национальная культура в “усредненных” произведениях, написанных за соответствующими правилами, становилась, в сущности, почти безнациональной, и именно в этом преимущественно, а не в “языковом барьере”, главная причина потери ею популярности (хоть бы относительно украинской культуры 20-х годов). Она не отвечала на жгучие вопросы современности, замалчивала их. В весьма русифицируемом Харькове украиноязычные пьесы Николая Кулиша, что их выставлял на сцене “Березоля” Лесь Курбас, становились настоящими событиями культурной жизни, потому что с огромной убедительностью освещали проблемы, которые волновали всех. Конечно, в 30-х годах многое замалчивалось через политическое давление, но дезориентировали и идеологические тормоза, привитые писателями принципы так называемых социальных заказов. “Внутренний цензор”, всаживаемый у каждого писателя, когда творец неоднократно “становился на горло собственной песне”, уже в зародыше убивал даже желание писать произведения, которые действительно отвечали потребностям общества. Для того, чтобы национальная культура развивалась нормально и плодотворно, она должна освободиться от пут тоталитарного мышления, которое набрасывает писателю схемы и трафареты, согласно которым, а не с правдой жизни, он должен творить. Скованная еще большими путами, чем литература русская, испытав несравненно большие потери, украинская литература невольно теряла своего читателя, который “перебегал” к русской литературе. И это также было и является одним из факторов денационализации украинцев, их “розукраинювання”. Украинского читателя привлечет только действительно национальная литература, то есть и, где он найдет ответ на важнейшие вопросы современной украинской жизни и ее истоков в прошлом. Тем-то роль украинского писателя такая ответственна, потому что он в то же время и художник, и борец, за язык, и ее охранник. Но невзирая на это вряд ли уместные призывы к писателям отвернуться теперь вид политики во имя “чистого искусства” (когда раньше, напротив, боролись с их аполитичностью), потому что только тот художник, который держит руку на пульсе жизни своего народа, сможет и правдиво его воспроизвести, тем более, что борючися за свободу всего народа, письмен-ники, борются и за свободу собственного творчества.